– Да вы же даже не понимаете, о чем я говорю, – выкрикнул в итоге парень, – знаете, эта работа мне не подходит.

– Или вы не подходите этой работе, – выпалила внезапно одна из студенток. – Уж извините, что вмешиваюсь, но у нас вообще-то занятие вот-вот начнется. А гром-цветам нужно сначала подкормки дать, затем руки помыть, а потом уже пальцами к тычинкам лезть! А я и отсюда вижу, что у вас на руках кормосмесь осталась.

– Моя лучшая студентка, – с гордостью произнес профессор Грене.

– Моя бы воля, – добавила девушка, – я бы уже сейчас претендовала на место помощника. Но, увы, образования не хватает!

– Да вы все здесь ненормальные, – выпалил парень и, резко развернувшись, бросился вон.

Профессор Грене лишь пожал плечами и задумчиво проговорил:

– К лучшему, определенно. А вы, моя бесценная, могли бы и раньше сказать о своем желании. Уж я бы нашел, как совместить ваше обучение и работу. Нет-нет, не заходим. В этой теплице пока что зона тишины. Будет очень скучное занятие на пруду. Нет, не том, который всем доступен, а на закрытом.

«Очень скучным занятием» оказалось кормление плотоядной лилии. Сначала студенты выгребли мух из-под розоволистной пахучки, а после ссыпали в воду.

– Во время переваривания лилия каменеет, по ней даже можно пройти, – профессор бесстрашно прошелся по огромным листьям, – но если вы наступите на голодное растение, то я вам посочувствую. Кто-нибудь хочет попробовать?

– А чем они питаются в природе? – спросила Деорис, ссыпая очередную порцию одурманненых мух.

– Этими мухами, – профессор сошел с плотного листа на берег, – эти растения всегда вместе. У розоволистной пахучки слабая корневая система, ей нужно больше воды. Но у берега, как правило, много других растений. Так вот плотоядная лилия решает эту проблему. Другое дело, что дальние от берега растения, как правило, голодают, но это уже беда естественного отбора.

Закончив с кормлением, студенты заполнили опросник и, сдав его, распрощались с профессором. Впереди были обед и последний отборочный тур.

– Ты мало ешь, – укорила подругу Деорис.

– Аппетита нет, – призналась Рианет.

– Тебе плохо?

Леди Дельсийе покачала головой:

– Просто тревожно.

Оставив попытки впихнуть в себя хоть что-нибудь съедобное, Рианет отправилась в общежитие. Деорис поспешила следом за ней.

Переодевшись в спортивную форму, леди Дельсийе спустилась на первый этаж и вышла наружу.

– Скоро уже первые заморозки, – задумчиво проронила Деорис.

– Праздник Первого Снега, – мечтательно вздохнула Рианет. – Будем ловить снежных мух?

– А то! – фыркнула госпожа Брихт. – Я наловлю больше, чем ты!

Через некоторое время снаружи собралась вся команда. Построившись, они дождались ректора и прошли через портал, чтобы оказаться на песчаной площадке.

«Ту полянку и правда облагородили», – подумала Рианет, увидев трибуны.

– Прямо перед вами две арки, за которыми скрывается лабиринт, – громко и четко проговорил декан Лин-Торванс. – Не имеет значения, какую арку вы выберете, испытания одинаковы для всех. Позади вас – сундук, ключ от которого вы найдете в лабиринте. Ключ один, и это важно. Получив ключ, вы вернетесь сюда, откроете сундук, и у вас будет один час на то, что отгадать загадку. Затем, когда пройдет время, вы поделитесь текстом с соперниками. Все ясно?

– Когда текст известен обеим командами, все могут дать ответ? Или первая команда теряет право голоса? – спросил кто-то из команды арифмантов.

– Все могут дать ответ.

Нэйр, стоявший впереди, сделал несколько быстрых знаков.

– Не бежим, – одними губами прошептала Лейас. – Идем в правую арку, сохраняем строй.

– Спасибо, – выдохнула Рианет.

– Три. Два. Один. Начали!

Арки, казавшиеся пустыми и сквозь которые виднелись трибуны, подернулись зыбью и превратились в порталы. Команда арифмантов побежала вперед и едва не разделилась – их капитан проскочил в левую арку, а остальные попытались использовать правую, но их откинуло в сторону.

– Вы можете выбрать только одно направление, – со смешком уточнил декан Лин-Торванс.

Залившаяся краской Леграсс скомканно извинилась и вместе с Корсеном ушла в левый портал. За ними последовали двое других, неизвестных Рианет студентов.

Все это произошло меньше чем за минуту, так что команда боевого факультета не так и промедлила.

– Вперед, – выдохнула Рианет, когда до них с Лейас дошла очередь.

– Лес? – удивилась проклятийница. – А говорили же – лабиринт!

– С тропинки не сойти, – тут же отозвался Линграм, – два-три шага – и все, ты возвращаешься на тропу.

– Идите за мной, – уверенно произнес Нэйр.

«Он видит подмагические нити, – догадалась Рианет. – Или даже может ими управлять! Вот только…»

– Будет забавно, если мы случайно выберем самый лучший и быстрый путь, а потом нас объявят мошенниками, – вздохнула леди Дельсийе. – Или начнут проверять на скрытые таланты.

«Догадайся, Нэйр!» – взмолилась она мысленно.

И в ту же секунду Келберд обернулся и, поймав ее взгляд, подмигнул.

«Слава безымянным богам», – выдохнула мысленно Рианет.

Один раз Нэйр завел их не туда, а после привел точно к небольшому пруду.

– Стойте! – выкрикнула Рианет. – Это же дикобразка летучая.

Йола выругалась:

– Они решили нас убить?! Как убрать эту пакость?

– Мы могли бы углубиться в лес и подстрелить оленя, – Линграм нахмурился, – бросить к корням и подождать, пока она его оплетет корнями. Но мы не можем сойти с тропы.

Прикрыв глаза, Рианет вспоминала то, что они с Деорис выискивали в учебниках и библиотечных книгах. Профессор Грене был щедр на хорошие оценки и потому…

– Туман, – выдохнула леди Дельсийе. – Когда поднимается туман, растение скукоживается, потому что водяные частицы смывают с него пыльцу и мешают выпускать иглы.

– Водяную пыль я могу устроить, – кивнул Линграм.

Через несколько минут подходы к пруду были свободны. Дикобразка из пышного куста превратилась в древесный остов, покрытый зелеными шипастыми наростами.

– Я его вижу! – Лейас бросилась в пруд и тут же ушла под воду.

– Не пугайтесь, она превосходная пловчиха, – тут же успокоила всех Йола.

А через секунду на другой стороне пруда появилась команда противника.

«У них была карта, – цокнула про себя Рианет. – А у нас – маг душ, который видит подмагические нити».

– Какая удивительная прыть, – процедил Келберд, – и с той стороны пруда никаких опасных растений, чистая удача.

Один из арифмантов тоже бросился в воду, но Лейас уже выплыла. Из ее зажатого кулака торчал медный, чуть погнутый ключ.

Что самое удивительное, арифмант продолжил нырять. Но проклятийница, вернувшись на берег, легко объяснила:

– Там все дно в ключах.

– Так, может… – начал было Линграм, но Лейас покачала головой:

– Этот – наш. Я чувствую, когда мои проклятья находят цель. И когда я прокляла все фальшивые ключи, этот был единственным нетронутым.

Обратный путь оказался куда более простым и быстрым. Тропинка будто сама укладывалась под ноги, и вот арка уже перед командой.

– Они знали, куда идти, – сказал вдруг Линграм. – Может, им и текст загадки известен?

– У нас есть целый час, – напомнил Нэйр.

Перед аркой, не сговариваясь, команда выстроилась уже привычным образом: первым шагал Нэйр, позади него Йола и Линграм, затем Рианет и Лейас.

Оказавшись вновь на песке, леди Дельсийе на мгновение растерялась. Разница в освещении заставила ее чуть покачнуться, но она быстро взяла себя в руки.

«Я даже смогла оказаться полезной», – похвалила она саму себя.

– Я даже смогла оказаться полезной, – шепнула Лейас, наклонившись к Рианет, – представляешь? Я, проклятийница, оказалась полезной!

Рианет ошеломленно посмотрела на подругу:

– Ты сомневалась в себе? Ты… Ты сейчас вслух сказала то, о чем я подумала.

– Я всегда все порчу, – убежденно проговорила Лейас, – но не в этот раз. Странно. А ты почему сомневалась в себе?